Каиновы дети в поисках счастья

Семейные саги — отдельный вид литературного удовольствия. Они увлекательны, представляют галерею сложноустроенных персонажей, к которым непременно привязываешься и за судьбы коих болеешь всей душой, а на фоне разворачиваются важные события, позволяющие лучше узнать эпоху и не заскучать. Роман нобелевского лауреата Джона Стейнбека «К востоку от Эдема» — особенная история. От внушительного томика невозможно оторваться благодаря мифологической рамке — автор красиво обыграл библейский сюжет о Каине и Авеле и первом убийстве в роде человеческом. Аллегорически изобразив то, как два семейства годами передают своим потомкам тяжкое наследие, писатель задается вопросом: «Способны ли мы противостоять своей греховной натуре, или все для нас предопределено?». Роман отлично сохранился, и его чтение — упоительное путешествие, из которого не хочется выныривать. При этом его грандиозный размах — вызов для постановщиков, рискнувших отважиться на экранизацию.

В истории существует несколько крепких адаптаций великого американского романа о двух семействах из Салинас-Вэлли, Калифорния, что прокладывают свой трудный путь на фоне сначала Гражданской, а потом и Первой мировой войны. Самой важной до сих пор считалась картина 1955 года голливудского мастодонта Элии Казана. Обладатель трех «Оскаров» и основатель собственной актерской школы, конечно, не мог уложить все турбулентности и страсти жизней Гамильтонов и Трасков в два часа, а потому сконцентрировался на последней трети книги и опустил судьбы многих интересных персонажей. Спустя 70 лет завести диалог с дедушкой решила его внучка, актриса и сценарист Зои Казан («Что знает Оливия?», «Дикая жизнь»), что довольно иронично в контексте сюжета самого романа. Она-то и выступила шоураннером семичасового сериала от Netflix, о котором мы сегодня расскажем.

История в нем концентрируется сначала на двух братьях Адаме и Чарльзе Трасках, которых жестокий отец-солдафон стравливает между собой, заставляя заслуживать его любовь. После его смерти юноши едва обретают мир, как на пороге их дома появляется избитая и истекающая кровью девушка. Добродушный и наивный Адам бросается на помощь незнакомке, не задаваясь вопросами об инциденте или вообще о ее прошлом. Более подозрительный Чарльз чувствует исходящий от несчастной холод и заклинает брата поскорее от нее избавиться. Оправившись от травм и представившись как Кэти, девушка очаровывает Адама и опутывает дом своей ложью. Будучи тонкой манипуляторшей, она вынуждает мужа увезти ее подальше от недоверчивого Чарльза — единственного, кто способен вывести ее на чистую воду. Правда, вопреки ее протестам, Адам увозит жену на глухую ферму, обещая построить здесь рай, достойный ее неземной красоты. Он знакомится с соседями, уважаемым семейством Гамильтонов, и приглашает в дом проницательного слугу, китайца Ли. И все вокруг, кроме ослепленного своим пылким чувством Адама, испытывают лишь пустоту в присутствии холодной Кэти. Тем временем сама она и не думает долго играть примерную супругу и вынашивает собственные коварные планы. Она прогрызет свой путь, даже если придется делать это с оружием в руках…
 
На очевидные вопросы журналистов о том, хотела ли Зои Казан поспорить со своим знаменитым дедушкой, сценаристка отвечает отрицательно. Причиной ее одержимости идеей экранизации было скорее не его наследие, а ее влюбленность в этот уникальный текст с 15 лет. Зои не единожды перечитала «К востоку от Эдема», подняла дневники и комментарии, на которые Стейнбек был весьма щедр, и попросила своих агентов сообщить, когда права на рукопись окажутся доступны. Ее волновало то, можем ли мы противостоять своей природе, чтобы сломать круг насилия, отчужденности и заложенного в генах зла. Ее завораживало, что, с одной стороны, герои Стейнбека обречены повторять всю ту же старую библейскую притчу про братоубийство, а с другой, способны господствовать над грехом. Если расширить эту историю до общенационального масштаба, можно задаться вопросом: сумеют ли мальчики разорвать спираль семейной травмы, а вся Америка — преодолеть последствия рабства, истребления коренного населения и расизма по отношению к иммигрантам?

Если затронутые в «Эдеме» темы кажутся вам слишком сложными, не стоит беспокоиться — размышлять о свободе выбора и обратной стороне любви будет увлекательно благодаря многомерным персонажам. И тут Зои превыше остальных заинтересовала одна из самых сложных женщин во всей американской литературе — Кэти Эймс. И дело вовсе не в феминизме — образ хладнокровной интриганки не давал покоя даже ее создателю. Стейнбек написал Кэти как красивую, но пустую оболочку человека, лишенную сострадания. Однако она завораживает своим эгоизмом, упорством в достижении целей и нежеланием быть чьим-либо трофеем. Создатели сериала от Netflix, конечно, не удержались, подчеркнув, как слепы к желаниям Кэти окружающие ее мужчины. Но и наделять героиню современными ценностями не стали: для нее по-прежнему важна лишь она сама.

Размышляя о Кэти Эймс, Казан безапелляционно говорит: для этой роли у нее всегда на уме была только Флоренс Пью. Она покорила сценаристку своей пробирающей до мурашек игрой в «Солнцестоянии». Да и всем, кто впервые читает описание персонажа на страницах «Эдема», становится очевидно: это идеальное попадание в образ — от лица в форме сердечка до вкрадчивого низкого голоса. К тому же мало кто умеет сочетать в себе миловидность и стальной стержень. «Кэти в исполнении Флоренс — это сплошное действие. Как акула, которая всегда должна двигаться вперед», — отмечает Казан. Хотя в фильмографии Пью достаточно смелых работ («Время жить», «Маленькие женщины»), образ Кэти Эймс — подарок небес. Так что актриса с энтузиазмом содействовала съемкам еще и в качестве продюсера.

Когда читаешь роман, удивляешься, какими прогрессивными для своего времени вышли у автора некоторые мужчины, особенно добряк Сэмюэл и мудрец Ли. Глубиной и душевностью последнего Зои так прониклась, что пригласила писателя Александра Чи дополнить приключения китайца в Сан-Франциско. «Мне хотелось дать этому благородному и не переживающему из-за гендерных ролей человеку больше пространства», — сказала шоураннер. Однако из-за дороговизны производства исторической драмы от сольного эпизода Ли пришлось отказаться. Достаточно было того, что Netflix выделил щедрый бюджет для натурных съемок в Новой Зеландии с сотнями актеров и статистов. В качестве последних выступали обычные жители города Оамару. Мужчинам пришлось отпустить бороды, а дома исторического центра привели в соответствие с эпохой. Внимание к деталям — роскошным платьям дам и костюмам джентльменов, повозкам и убранству домов — радует глаз. Визуально шоу, снятое Гартом Дэвисом («Лев»), успокаивает, несмотря на кипящие в кадре страсти.

За них, помимо Пью, отвечали Киран Хайндс («Террор»), Хун Ли («Воин»), Кристофер Эбботт («Грешница»), Майк Фейст («Байкеры»), Джо Андерсон («Мыс страха»), Марта Плимптон («Задание»), Джозеф Зада («Мы были лжецами») и Трэйси Леттс («Родина»). Играющий Чарльза Майк Фейст признался, что сразу полюбил этого страстного юношу, который через всю жизнь нес нанесенную отцом травму, пытался вернуть братскую любовь и безуспешно боролся с собой. «Его в сериале мало, но именно он показывает, что значит для человека носить в себе стыд. Что, если ты чувствуешь, что родился с изъяном, или тебя воспитывали в этом убеждении? Что значит пытаться исправить это качество, но вечно носить его в себе?», — говорит актер. Сыгравший же Адама Эбботт признает, что с удовольствием воплотил бы на экране любого из братьев, но ему нравится, как распределились роли.

«К востоку от Эдема» читается так хорошо, а его экранизации так интригуют, потому что это вневременная история, затрагивающая нечто первобытное в нас. Поиск своего места в мире, жажда истинной любви, жертвенность во имя семьи и искупление грехов через выбор своей светлой стороны — все это остается важным сейчас и сохранит актуальность еще через полвека. Не так часто мы получаем верные тексту, но не душные, красивые экранизации великих книг. В этом году, кажется, Netflix выиграл заочное сражение — что со второй главой «Ста лет одиночества», что с «Эдемом». Если читать эпопею вы морально не готовы (хотя мы искренне советуем), не откажите себе в удовольствии увидеть борьбу добра и зла на экране. И, конечно, возмутительный перформанс Флоренс Пью. От него не отвести глаз.